На примере моей «борьбы за женственность».

Точнее, на примере того, как я от этой борьбы отказалась (и мир не рухнул).

Это был важный урок принятия себя и своих условных «ограничений», которые на поверку оказались не кандалами на ногах, а источником силы.

Тема женственности сегодня активно эксплуатируется.

Есть множество книг о том, как с ее помощью поправить семейный достаток, привлечь мужчину мечты и стать его музой-вдохновительницей, к ногам которой он принесет и положит весь мир.

Но женственность — это не результат ношения юбок в пол и умения эффектно хлопать ресницами.

Не нечто, что нужно в себе «раскрывать», изо всех сил пытаясь пробудить внутреннюю «богиню».

Женственность — это всего лишь слово.

Одажды, много лет назад, я обнаружила себя ревущей на сессиях у психолога с запросом «сделайте из меня девочку, пожалуйста, я больше так не могу».

«Так» — значит во всем и всегда полагаться только на себя, разочаровываться со старта, тяготеть к стилю милитари в одежде, обладать военной дисциплиной, зашкаливающим трудоголизмом и такой толщины бронями, что не знаю, как я не звенела в аэропортах.

Я чувствовала себя тотально неправильной и кривой, перекошенной на все стороны.

Мне казалось, что я хочу не того, что должны хотеть девочки в моем возрасте.

И, возможно, мамины вздохи о том, что в двадцать семь нужно думать о семье, а не паковать в рюкзак берцы, камуфляжные штаны и уезжать в ночь за цыганской звездой кочевой в пещеры, имели под собой основания.

В глубине души я понимала, что хочу встретить мужчину сильного и смелого, с твердым характером и холодной головой.

Но еще я осознавала и то, что обычно вокруг таких вьются нежные и сладкие кошечки, а я скорее женщина-лошадь, и ничего красивого, слабого и беззащитного в этом нет.

Я ходила на свидания, надевая свои лучшие платья, но уже на пятой минуте понимала: не то, не тот, и я ему тоже не нравлюсь.

Встретиться на кофе, поговорить о работе — да, но не больше.

Ни с одним из них я не чувствовала, что нашла свой дом.
Упертости мне было не занимать: я только тщательнее выбирала наряды, еще аккуратнее рисовала стрелки и подводила глаза, читала книги о раскрытии женственности, рекомендованные психологом, работала над «внутренней богиней» и... по-прежнему оставалась Джейн.

Я не могла вытравить из себя солдата.
Я честно пыталась себя сломать, но становилась только еще более помятой и гнутой.

И когда очередной мужчина сказал мне: «Ты такая офигенная, но давай останемся друзьями», я плюнула и забила.

Силы притворяться закончились: я разозлилась. А в хорошем качественном отчаянии можно найти огромные ресурсы для прорыва. Я сказала себе: катись оно все конем (там другое слово было вместо «катись») — вся эта женственность, платья, тоска по «настоящей любви» и все «богини» этого мира вместе взятые.

Гори оно все огнем — я больше не хочу ломать себя, жалеть о том, что все умею и могу сама, и плакать темными ночами от безысходности.

Нет, правда, я решила: с этого момента и впредь не буду бороться со своими «демонами» — я напеку им печенья, возьму за руку и стану плечом к плечу на одной стороне.

Они, по крайней мере, знают толк в хороших вечеринках и алкоголе.

Я поняла, что у меня на самом деле не мужской характер, а бойцовский, а это разница, которая в корне меняет подход к проблеме.

У меня все было в порядке с гендером.

У меня вообще все было в порядке.

Не надо ломать то, что работает.

Все, что в нас есть, выполняет определенные функции по защите внутренней системы от краха.

Если я чувствую себя солдатом — значит, сейчас я солдат.

И это именно то, что нужно мне в данный момент.
Когда наступит мир, я не задумываясь переплавлю гильзы на красивые пуговицы и пойду по земле босиком, ничего не боясь и совершенно не тяготясь своей силой.

Есть время следовать и есть время вести за собой.

Никто не подскажет, как лучше, и никто не знает, как надо.

Все случается естественно и тогда, когда приходит его черед. Поэтому я выбросила книжки, предписывавшие мне быть ведомой, чтобы стать счастливой, остановила психотерапию, купила еще одну военную ветровку и сделала себе сувенирный армейский жетон с надписью "Дисциплина делает вас свободными!"
«Discipline makes you free».

Вернула себе право быть неудобной и волевой, никогда не извиняться за шум от своих доспехов;

просить много, уходить быстро, не давать вторых шансов там, где уже с первой минуты понятно, что человек — дрянь.

Я открыла в себе такой заряд силы и жизнестойкости, о котором можно было только мечтать.

И вдруг поняла — я уже целая и сильная: никакая другая половинка не сделает меня лучше.

Мне вообще не страшно быть одной.

Мне есть чем заняться.

У меня есть я.

Сильная женщина плачет не у окна, а глядя в кривое зеркало.

Пока вы не научитесь быть искренними в том, кто вы и чем не являетесь, пока не начнете ценить и беречь свою непохожесть, вам будет сложно и другому человеку разрешить быть любым, вместо того чтобы стремиться его переделать.

Быть сведенной к одному «правильному» образу, без возможности выбирать и ошибаться, — невероятно тяжкое бремя.

Очередная хорошая новость: мы на зависть гибкие и пластичные, и, если нам придавило хвост, мы, как ящерицы, можем рискнуть его отбросить.

Меняться — нормально.

Менять оптику, через которую мы смотрим на мир, — не стыдно.

Вырастать из тесного мировоззрения — захватывающе интересно.

Мы можем пробовать разные подходы, примеряться к различным системам идей. Входить в реки нового по колено или по щиколотку — а потом либо нырять с головой, либо с визгом выскакивать из воды и искать другое место, где искупаться.

Никто не имеет права запретить нам самим выбирать, из каких ключей пить, равно как и бросать нас в воду, чтобы «научить плавать».

Это не научит нас плавать — это научит нас бояться, не доверять и на пушечный выстрел обходить любую воду в будущем, даже если жажда будет нестерпимой

Как итог - тут появился мужчина , о котором я мечтала всю жизнь, веселый, яркий, добрый, который однажды мне сказал: "Я очень люблю женщин! Но тебя одной мне достаточно по самые бакенбарды!"

С ним мы можем пить виски на лавочке в парке из пластиковых стаканчиков, и на следующий день сидеть в шикарном ресторане

С ним мы можем жевать колбасу из супермаркета, запивая лимонадом на лавочке ночью и хохотать, как студенты и решать вопросы серьезные на следующий день

С ним мы можем путешествовать и смотреть на шумящее море, жарить шашлыки, и любоваться закатом и рассветом

И он говорит, что я чудо и золото!
И что он счастлив рядом со мной!

Оставайтесь собой, не бойтесь, пошлите к черту всех этих коучей, кто заставляет вас хлопать ресничками и кривляться!